Цифровая психология: с чего начать, что изучить и как практиковаться

Первое, от чего стоит отказаться, — привычка начинать разговор с вопроса «сколько часов в день вредно». В 2019 году Эми Орбен и Эндрю Пшибыльский проверили этот вопрос на трёх больших выборках подростков из США и Великобритании, всего 355 358 человек (Nature Human Behaviour, 2019). Связь использования цифровых технологий с благополучием оказалась отрицательной, но слабой: она объясняла не больше 0,4 % различий в благополучии. Исследование корреляционное и о причинах не говорит, но вывод ясен: часы на экране плохо предсказывают, как человеку живётся. Важнее, что он делает в сети и что из-за этого страдает.

Что изучает цифровая психология и какие задачи в ней решают

Область стоит на нескольких опорах. Первая — внимание и привычки: как уведомления дробят работу и почему трудно отложить телефон. Вторая — сон: игры по ночам и переписка в постели сдвигают режим, а недосып потом выглядит как раздражительность или провалы в учёбе. Третья — отношения и самооценка: сравнение себя с отобранными чужими фотографиями, настроение, зависящее от лайков, ревность из-за переписки.

Отдельные темы — кибербуллинг и цифровая гигиена. Кибербуллинг отличается от школьной травли тем, что не заканчивается после уроков: оскорбления в общем чате, пересланный скриншот, поддельный аккаунт достают ребёнка дома, а зрителей у них намного больше. Цифровая гигиена — не запреты, а договорённости: где телефон ночью, какие уведомления выключены, что делать, если пишут незнакомцы.

Наконец, сеть стала рабочей площадкой самого психолога. В онлайн-консультировании приходится заранее решать, что делать при обрыве связи в тяжёлый момент и где искать экстренную помощь, если клиент живёт в другом городе.

Кому нужна эта область

Цифровая психология — не отдельная профессия, а слой знаний, который добавляют к основной работе разные специалисты. Психолог-консультант применяет его в разговоре со взрослыми и подростками о проблемном использовании игр и соцсетей. Работа с тяжёлой игровой и азартной зависимостью ближе к психологии зависимости, о которой у нас есть отдельная статья, а диагноз ставит только врач-психиатр.

Педагог-психолог и классный руководитель разбирают травлю в мессенджерах и слитые фотографии. Родителю эти знания нужны, чтобы договариваться, а не только запрещать; возраст до школы мы разбирали в статье о детской психологии. UX-исследователь и продуктовый дизайнер решают, ставить ли бесконечную ленту, автозапуск видео или серию ежедневных наград, которую жалко прервать. Защита аккаунтов и данных — уже тема статьи о кибербезопасности.

Спорное понятие «интернет-зависимость»

Слово «интернет-зависимость» звучит как диагноз, но в Международной классификации болезней 11-го пересмотра такого диагноза нет. В группе расстройств, вызванных аддиктивным поведением, отдельно названы только два: расстройство, связанное с азартными играми (6C50), и расстройство, вызванное игрой в цифровые игры, — код 6C51. Для соцсетей, сериалов или «интернета вообще» отдельной рубрики не предусмотрено.

Описание 6C51 построено не на количестве часов, а на трёх признаках. Человек теряет контроль над игрой: не может вовремя начать или остановиться, не управляет частотой и длительностью. Игра получает приоритет над другими интересами и повседневными делами. Он продолжает играть, хотя последствия уже очевидны. Важно и четвёртое условие: из-за этого существенно страдает жизнь — семья, учёба, работа, общение. Признаки, как сказано в МКБ-11, обычно должны наблюдаться не меньше 12 месяцев; срок можно сократить, только если все требования выполнены и симптомы тяжёлые. Внутри кода есть уточнения: расстройство преимущественно онлайн (6C51.0) и преимущественно офлайн (6C51.1).

Из этого описания следуют два практических вывода. Первый: подросток, который много играет, но учится, общается и умеет остановиться, под это описание не подходит, сколько бы часов ни проводил в игре. Второй: для промежуточного состояния в МКБ-11 есть отдельная рубрика QE22 «Опасное игровое поведение» — такой характер игры, который заметно повышает риск вреда для здоровья самого человека или окружающих. Она стоит среди факторов, влияющих на здоровье, а не среди психических расстройств, и в списке исключений к 6C51 указана отдельно. По разъяснению ВОЗ, игровое расстройство затрагивает лишь небольшую долю играющих.

Психолог и педагог диагноз не ставят, но могут описать поведение теми же признаками, что и врач. Ярлык «зависимый» пугает родителей и закрывает подростка, а точное описание помогает понять, нужен ли врач.

Учебный пример: подросток, который играет по ночам

Ситуация вымышленная. Мама 14-летнего Артёма приходит к психологу: сын играет до трёх ночи, утром не встаёт, оценки упали. Она уверена, что это зависимость, и хочет отобрать компьютер.

Психолог сначала собирает картину, а не считает часы. Как давно это длится: месяц или больше года? Может ли Артём остановиться, если договорились заранее? Остались ли друзья и интересы вне игры? Что изменилось незадолго до этого — новый класс, ссора, развод родителей? Отдельно он спрашивает о настроении: игра до утра бывает способом не оставаться наедине с тревогой.

С самим подростком выясняется, что в игре у него команда и признание. Отобрать компьютер значит лишить его единственного места, где он успешен. Вместо этого семья договаривается об отбое для всех устройств, зарядке телефона вне спальни и двух вечерах в неделю, когда играть можно дольше. Через месяц смотрят на сон и учёбу; если договорённости не держатся, а настроение падает, следующий шаг — врач.

С чего начать

Начинать удобнее с себя: так вы увидите механизмы цифровой среды изнутри, прежде чем браться за чужие трудности. Затем — источники, и только потом работа с людьми, потому что без исследований легко принять страшилки за факты. Порядок такой:

1. Неделю ведите дневник своего пользования телефоном: что открывали, зачем, как чувствовали себя до и после. Сравните его с данными экранного времени.
2. Прочитайте описание 6C51 и QE22 в МКБ-11 и разъяснения ВОЗ, затем одно крупное исследование целиком, а не пересказ в новостях.
3. Разберите один интерфейс, которым пользуетесь каждый день: какие элементы мешают остановиться и что можно отключить в настройках.
4. Освойте основы возрастной психологии подростков и признаки травли, включая её онлайн-формы.
5. Только после этого выбирайте систематическое обучение под свою роль: консультирование, работа в школе или исследование пользователей.

Что изучить и на каком курсе

Программа для входа обычно складывается из психологии привычек, возрастной психологии подростков и методов помощи и профилактики. Если нужна переподготовка именно под это название, есть программа «Цифровая психология» НЦПО на 256 часов в формате самостоятельного обучения с домашними работами и тренажёрами. Подробная программа на карточке не раскрыта, поэтому перечень модулей, итоговый документ и требования к образованию лучше уточнить у школы до оплаты.

Обещание любой программы «лечить интернет-зависимость» — повод насторожиться: такого диагноза в классификации нет, а лечение — дело врача.

Педагогу и школьному психологу обычно нужен более узкий инструмент — умение распознавать травлю и останавливать её. На онлайн-курсе МИП «Травля и агрессия в коллективе или буллинг и моббинг» за 36 академических часов разбирают роли участников травли, её признаки, диагностику и профилактику в школе, а также моббинг у взрослых. Кибербуллинг в опубликованной программе отдельно не указан — это стоит уточнить у школы.

Как практиковаться

Педагогу полезно разобрать обезличенный случай из чата: кто участники, какие роли у наблюдателей, что сделать в первый день и через неделю. Родителю — составить с ребёнком семейный договор о телефоне и через месяц сверить, что сработало. UX-специалист может попросить пятерых знакомых пролистать ленту и рассказать, когда хотелось остановиться и что помешало.

Психологу стоит отработать втроём первичную беседу о проблемной игре: один играет подростка или родителя, второй собирает картину по признакам из МКБ-11, третий отмечает, где ведущий начал оценивать вместо того, чтобы расспрашивать. Запись и разбор с супервизором дают больше, чем ещё одна книга.

Если вы уже психолог и хотите переносить практику в сеть, на курсе повышения квалификации НИИДПО «Психологическое консультирование онлайн» на 144 часа рассматривают принципы и риски онлайн-работы, модели помощи, работу с разными возрастными группами и продвижение практики. По карточке, на практику отведено 83 часа, а поступить можно только с психологическим образованием.

Как направление влияет на доход

Отдельных зарплатных данных по цифровой психологии нет: вакансий с таким названием почти не встречается, поэтому честнее говорить о том, что знания добавляют к основной работе. Частному психологу они дают новые запросы — от родителей подростков-геймеров, от взрослых, уставших от ленты, от пар, которые ссорятся из-за переписки, — а онлайн-формат снимает географию. Из выручки вычитаются комиссия платформы, если работать через неё, налог и супервизия.

Педагогу эти навыки обычно не дают отдельной надбавки, но помогают вести профилактику и родительские собрания. Для UX-специалиста понимание поведения — часть требований к исследователю, а не отдельная строка в зарплате. Цифры по своей профессии смотрите в вакансиях с фильтром по региону и опыту и сравнивайте медиану, а не самые громкие предложения.

Как выбрать обучение

Сначала определите роль: консультировать, работать в школе, помогать своим детям или проектировать интерфейсы. От неё зависит, нужна ли переподготовка, короткое повышение квалификации или хватит самостоятельного чтения.

Если вы идёте в консультирование, сравнить школы по преподавателям, практике и документам можно в рейтинге онлайн-школ с обучением психологическому консультированию. Это рейтинг по консультированию в целом, поэтому ищите в программах школ темы онлайн-работы, подросткового возраста и проблемной игры.

Проверка готовности перед оплатой — описать знакомый случай по признакам из МКБ-11 и решить, расстройство это, опасное игровое поведение или привычка, которую меняет договорённость. Если получается спокойно и без ярлыков, вы уже думаете так, как требует эта область.